Текст песни: Жизнь Коли

Среди больших соблазнов был просто благороден, и он простой был парень,

баклуши часто бил.

Колюху отыскали на даче в огороде, и потому трудиться он, честно, не любил.

Но он в душе был склонен отнюдь не к тунеядству, он с детства был приучен

сметанку обожать,

Любил играть в индейцев, с сестрой своею драться, любил после работы (такой)

картошечки пожрать.

Но вот пошёл он в школу с портфельчиком под мышкой, принёс домой в портфеле три

двойки, два кола.

И ясно было маме то, что её сынишка не полюбил учиться — такие вот дела.

Но Коле в оправданье служило одно средство: он честно обещался, он часто

заклинал,

Что будет он учиться, и папа не ругался и десять лет от Коли пятёрки папа ждал.

Когда подрос Колюха, он в спорт ударил сильно — борьбою занимался,

приёмами владел.

Что раньше — мимолётно, казалось счас обидно, но Коля и бороться со слабым не

хотел.

Но вот в себе Колюха слабинку сам заметил, — что лучше, чем подружка,

партнера не найдешь,

И он борьбу забросил, прибавил в этикете и вот водил подружек на дачу бывший «вождь».

Конечно, мы не против и сами «повозиться», но только в каждом деле имеется

предел,

Но Коля был мужчиной — мужчиною родиться любой из нас, мужчина, конечно же,

хотел.

И в год армейской службы Колюху провожали. На проводы собрались подружки и

дружки.

Его родня любила, домой все очень ждали, и Коля ел в разведке из дома пироги.

Случилось пожениться, когда прошёл он службу. Но вот жена плохая — Гуляла и

пила.

Развёлся с нею Коля, и надо же случиться: на десять суток Колю она в тюрьму

сдала.

Но верному супругу люб час, о чём подумать, но женщин, видно, мало,

коль так впросак попал.

Лишь освободившись, к своим милашкам тут же для повышенья знанья он тут же

побежал.

Но Коля не философ, мечтатель, теоретик, — гн практик, он мужчина,

он интеллектуал.

И на Тверском проспекте в известном туалете он очень долго думал,

о чём — он сам не знал.

Теперь же он колхозник, Успехами известен: в калининской газете писали про него.

Но слаб, как был, Колюха влечением до женщин, так, впрочем, и остался для

женщин это: во!