Thank Goodness
A love poem for Buddy Wakefield
At the end of your ten day meditation retreat
you got in your car drove thirty peaceful feet and ran over a bird.
Splayed its holy guts on the pavement like God
finger-painting «Fuck you» across that deep breath
you were holding the way your mother held her first born.
You, thank goodness were torn from the Bible the day before they burned it for
the verse about dancing to tambourines.
Once you saw the blood of Christ on a knife carving redwood trees into church
pews.
Now every Sunday morning you hear glaciers melting and you cry easy
as a one night stand never ever is
when you see the feathers in your rear-view mirror scattering like prayers
searching for a safe place to land.
Hold me to my word when I tell you I will leave today,
catch a bus ticket west just to stand in the center of your highway
blocking traffic ‘til every feather’s answered.
I’ve see too many prayers caught in the grills of 18 wheelers and folks like us
have shoulder blades that rust in the rain,
but they’re still g sharp whenever our spinal chords are tuned to the key of
redemption.
So go ahead world pick us
to make things better.
We’ve been building a bridge through the center of this song since Mother
Theresa replaced the walls of her church with the weeping cries of Calcutta’s
orphaned ghettos.
You wanna know what the right wing never got?
We never questioned the existence of God.
What we questioned is his bulldozer turning Palestine into a gas chamber.
What we questioned is the manger in Macy’s
and the sweatshops our children call the North Pole.
What we question are the sixty swollen lashes on the back of a girl found guilty
of the crime of allowing herself to be brutally raped.
What we question is the idea of a heaven having gates.
Silly.
Have you never stood on the end of pier watching the moon live up to her name?
Have you never looked in the eyes of a thief and seen his children’s hungry
bellies?
Some days my heart beats so fast
my ribcage sounds like a fucking railroad track
and my breath is a train I just can’t catch.
So when my friends go filling their lungs with yes.
When they’re peeling off their armor and falling like snowflakes on your holy
tongue.
God collects the feathers.
We are thick skin covering nothing, but wish bones.
Break in.
You’ll find notebooks full of jaw lines we wrote to religion’s clenched fist.
Yeah, We bruise easy.
But the sound of our bouncing back is a grand canyon full of choir claps.
And our five pointed stars have always been open to the answer
whatever it is.
I know David argued with the chisle.
I know he said make me softer
When those tourists come looking for a hero
I want the rain to puddle in my pores.
Build me holy like that.
Build me a kite flown out a bedroom window at midnight
the day freedom set its curfew to 9: 11.
My heaven is a snow globe.
The blizzard will always be worth the touch of your hand,
shaking me awake like a boy taking deep breaths
all the way down to the dents in his shins
like he’s building a telephone from a string and two tin cans.
He knows God’s number by heart.
He knows it isn’t listed in any book.
Look me in the bull’s eye,
in the laws I broke and the promises I didn’t
in the batteries I found when the lights went out
And the prayers I found when the brakes did too.
I got this moment and no idea when it will end.
But every second of this life is scripture
and to know that
trust me, we don’t need to be born
again.
Перевод песни Thank Goodness
Слава Богу,
Любовное стихотворение для Бадди Уэйкфилда
В конце твоего десятидневного медитативного отступления,
ты сел в машину, проехал тридцать мирных футов и переехал птицу.
Его святые внутренности расплескались на тротуаре, словно Бог,
рисуя пальцем: "пошел ты!" на том глубоком дыхании,
которое ты держал, как твоя мать держала своего первенца.
Ты, слава богу, был вырван из Библии за день до того, как они сожгли ее за
куплет о танце под бубны.
Однажды ты увидел кровь Христа на ноже, вырезающем красные деревья на церковных
скамьях.
Теперь каждое воскресное утро ты слышишь, как тают ледники, и плачешь легко,
как одна ночь, никогда не бывает,
когда ты видишь, как перья в зеркале заднего вида рассеиваются, как молитвы
в поисках безопасного места для приземления.
Держи меня за слово, когда я скажу тебе, что уйду сегодня,
Поймай билет на автобус на запад, чтобы стоять в центре твоего шоссе,
блокируя движение, пока все перья не ответят.
Я видел слишком много молитв, пойманных на решетках колесниц 18, и у таких людей, как мы,
есть лопатки, которые ржавеют под дождем,
но они все еще остры, когда наши спинные аккорды настроены на ключ
к спасению.
Так что вперед, мир, выбери нас,
чтобы все исправить.
Мы строили мост через центр этой песни с тех пор, как Мать
Тереза заменила стены своей церкви плачущими криками
осиротевших гетто Калькутты.
Хочешь знать, чего правое крыло никогда не получало?
Мы никогда не сомневались в существовании Бога.
Мы спросили, что его бульдозер превращает Палестину в газовую камеру.
То, что мы спросили, - ясли в "Мэйси"
и потогонные, которые наши дети называют Северным полюсом.
То, что мы спрашиваем, - это шестьдесят вздутых ресниц на спине девушки, признанной виновной
в преступлении, позволяющем жестоко изнасиловать себя.
Мы сомневаемся в том, что рай имеет врата.
Глупышка.
Ты никогда не стоял на краю пирса, наблюдая, как Луна оправдывает свое имя?
Ты никогда не смотрел в глаза вору и не видел голодных
животов его детей?
Иногда мое сердце бьется так быстро.
моя грудная клетка звучит, как чертова железная дорога,
и мое дыхание-поезд, который я просто не могу поймать.
Так что, когда мои друзья заполняют легкие "да".
Когда они снимают свои доспехи и падают, как снежинки на твой святой
язык.
Бог собирает перья.
Мы-толстая кожа, не покрывающая ничего, кроме костей желаний.
Вломись.
Ты найдешь записные книжки, полные строчек на челюстях, которые мы написали для сжатого кулака религии.
Да, мы легко ушибаемся.
Но звук нашего отскока - это большой каньон, полный хоровых хлопков.
И наши пятиконечные звезды всегда были открыты для ответа,
что бы это ни было.
Я знаю, что Давид спорил с зубилом.
Я знаю, он сказал: "Сделай меня мягче,
Когда эти туристы придут в поисках героя,
Я хочу, чтобы в моих порах был дождь".
Сделай меня таким святым.
Построй мне воздушный змей, вылетевший из окна спальни в полночь,
свобода установила комендантский час в 9: 11.
Мой рай-снежный шар.
Метель всегда будет стоить прикосновения твоей руки,
встряхивая меня, как мальчик, глубоко вздыхающий
до вмятин в его голенях,
как будто он строит телефон из струны и двух жестяных банок.
Он знает Божий номер наизусть.
Он знает, что этого нет ни в одной книге.
Посмотри мне в яблочко,
в законы, которые я нарушил, и в обещания, которые я не
дал, в батарейки, которые я нашел, когда погасли
Огни, и молитвы, которые я нашел, когда тормоза тоже.
У меня есть этот момент, и я понятия не имею, когда он закончится.
Но каждая секунда этой жизни-это писание
и знать это.
поверь мне, нам не нужно рождаться
заново.
TanyaRADA пишет:
- спасибо! От Души!!! ( Улыбаюсь...)все так!!!Liza пишет:
Любимая песня моей мамы