If you could fill a vale with shells from Killiney’s shore
And sweet talk in a tongue that is no more
And if wishful thoughts could bridge The Gulf of Araby
Between what is, what is, what is
And what can never be
If you could hold the frozen flow of New Hope Creek
And hide out from the one they said you might meet
And if you could unlearn all the words
That you never wanted heard
If you could stall the southern wind
That’s whistling in your ears
You could take what is, what is, what is
To what can never be
One man of seventy whispers free at last
Two neighbors who are proud of their massacres
Three tyrants torn away in a winter’s month
Four prisoners framed by a dirty judge
Five burned with tyres
Six men still inside
And seven more days to shake at the great divide
(X2) The Gulf, the Gulf of Araby
Well, we would plough and part the earth to bring you home
And harvest every miracle ever known
And if they laid out all the things
That these ten years were to bring
We would gladly give them up
To bring you back to us
O, there is nothing we would not give
To kiss you and to believe we could take what is, what is, what is
To what can never be
One man of seventy whispers not free yet
Two neighbors who make up knee-deep in their dead
Three tyrants torn away in the summer’s heat
Four prisoners lost in the fallacy
Five, on my life
And six, I’m dead inside
And seven more days to shake at the great divide
(X2) The Gulf, the Gulf of Araby
Перевод песни The Gulf of Araby
Если бы ты мог заполнить долину ракушками с берега Киллини
И сладко говорить на языке, которого больше нет.
И если бы желаемые мысли могли преодолеть залив Араби
Между тем, что есть, что есть, что есть ...
И чего не может быть никогда.
Если бы ты мог удержать замерзший поток Нью-Хоуп-крика
И спрятаться от того, с кем, по их словам, ты мог бы встретиться.
И если бы ты могла развязать все слова,
Которые никогда не хотела слышать.
Если бы ты мог остановить южный ветер,
Что свистит в твоих ушах,
Ты мог бы взять то, что есть, что есть
То, чего не может быть никогда.
Наконец-то один человек из семидесяти шепчет свободно.
Два соседа, которые гордятся своими резнями,
Три тирана, разорванные в зимнем месяце,
Четыре пленника, обрамленные грязным судьей,
Пять сожженных покрышками,
Шесть человек все еще внутри
И еще семь дней, чтобы встряхнуться в большой пропасти (
X2), залив, залив Араби.
Что ж, мы бы вспахали и разделили землю, чтобы вернуть тебя домой
И собрать все чудо, когда-либо известное.
И если бы они выложили все то,
Что должны были принести эти десять лет.
Мы с радостью отдадим их,
Чтобы вернуть тебя к нам.
О, нет ничего, чего бы мы не отдали,
Чтобы поцеловать тебя и поверить, что мы могли бы принять то, что есть, что
Есть, что есть то, что никогда не может быть.
Один человек из семидесяти шепчет, что еще не свободен.
Два соседа, которые составляют по колено в своих мертвых.
Три тирана вырваны в летнюю жару,
Четыре пленных потеряны в заблуждении,
Пять, на моей жизни
И шесть, я мертв внутри,
И еще семь дней, чтобы встряхнуться в большой пропасти (
X2), заливе, заливе Араби .
TanyaRADA пишет:
- спасибо! От Души!!! ( Улыбаюсь...)все так!!!Liza пишет:
Любимая песня моей мамы