«I'm intrigued by you,» he says. «You're beautiful. Beautiful.»
«Thank-you,» I say, wondering if this is just another line -- just another game.
Wondering how much recent deception informs my reaction.
We connected right from the start. You can’t make this happen. You can’t make
this happen. Can you? Someone wouldn’t be able to make this happen.
It gets chilly. We step inside. I make more tea — plain tea. Cheap tea.
He says, «I love a woman who adorns herself with jewelry. I like a woman who
has variation in her wardrobe. I love good shoes on a woman and beautiful
lingerie.» He suggests I visit a website of Austrian-designed underwear.
«It's expensive, but it’s beautiful, it’s beautiful,» he says.
I stand there by the stove, in my slutty outfit, the total of which probably
cost me $ 15, including my $ 1 panties and my Value Village bra.
«What do you wear during the day, when you’re working here alone?» he asks.
«Old Levis cords, a t-shirt, paint-splattered Hush Puppies with holes in the
soles.» I guess I could have said, «Prada, darling.» Adornment. He’s an
architect of many things -- hospital, hotel, a prison in Texas. He’s going to
bring his grand piano out of storage.
In bed he tries to put the condom on. He curses. I try to see what he’s doing,
but I’m pinned beneath him. I hear him stretching the condom like he’s making
a balloon animal. He gives up and I lie there under him — two hundred and
thirty pounds.
He says, «Am I crushing you?»
«Sort of,» I say. He gets off me. In his deep, sexy voice he says, «I want to please you.»
«You do please me,» I say, as one does.
«I mean really please you,» he says.
«OK,» I say, and then we both laugh, me -- until I cry.
He says, «We have time. Don’t warn me. Don’t warn me. Don’t warn me about
yourself.»
«OK,» I say. Does that include not telling him that I’m too cheap to take the
bus -- I walk twenty minutes to get to the store and that I carry my groceries
home in my packsack -- which is fine with me. I don’t buy crackers and cheese
and pickles and cookies because they are too expensive. I know the prices on
almost everything in the little shops -- if oranges are 59 cents a pound here
and the same ones 49 cents a pound across the street. I will cross the street
to save whatever it is on my two oranges -- and brag about it. He’s going to
bring his grand piano out of storage. He says, «We have time. We have time and
you’re beautiful and you’re intriguing.» He’s going to bring his grand piano
out of storage.
And I say, «Thank you.» Wondering if this is just another really long line,
another really long and complicated line. He’s the architect of another really
long line. Another really long line.
Перевод песни Attraction Is Ephemeral
«Я заинтригован тобой», - говорит он. "Ты прекрасна. прекрасна"
. "спасибо", - говорю я, задаваясь вопросом, не очередная ли это линия - просто еще одна игра.
Интересно, насколько последний обман информирует мою реакцию.
Мы соединились с самого начала. Ты не можешь этого сделать. ты
не можешь этого сделать. ты можешь? кто-то не смог бы этого сделать.
Становится холодно, мы заходим внутрь, я завариваю больше чая, дешевого чая.
Он говорит: "Я люблю женщину, которая украшает себя драгоценностями. мне нравится женщина, у которой
есть вариация в ее гардеробе. я люблю хорошие туфли на женщине и красивое
нижнее белье". он предлагает мне зайти на сайт австрийского нижнего белья.
"Это дорого, но прекрасно, прекрасно», - говорит он.
Я стою у плиты в своем развратном наряде, который, вероятно,
обошелся мне в 15 долларов, в том числе трусики за 1 доллар и мой дорогой деревенский лифчик.
«Что ты носишь днем, когда работаешь здесь один? " - спрашивает он.
"Старые веревки Левиса, футболка, потрепанные краской щенки с дырками в
подошвах". думаю, я мог бы сказать: "Прада, дорогая". украшение. он
архитектор многих вещей-больница, отель, тюрьма в Техасе. он собирается
забрать свое рояль из хранилища.
В постели он пытается надеть презерватив. он проклинает. я пытаюсь понять, что он делает,
но я прикован к нему. я слышу, как он протягивает презерватив, как будто он делает
животное-воздушный шар. он сдается, и я лежу под ним-двести
тридцать фунтов.
Он говорит: "Я сокрушаю тебя? "
"вроде как," я говорю. он отрывается от меня. своим глубоким, сексуальным голосом он говорит: "Я хочу угодить тебе».
"Ты доставляешь мне удовольствие", - говорю я, как и все.
"Я имею в виду, действительно радовать тебя», - говорит он.
"Хорошо», - говорю я, а потом мы оба смеемся , я ... пока я не заплачу.
Он говорит: "У нас есть время. не предупреждай меня. не предупреждай меня. не предупреждай меня о
себе"»
"Хорошо", - говорю я. в том числе, я не говорю ему, что я слишком дешев, чтобы принимать ...
автобус-я иду двадцать минут, чтобы добраться до магазина, и что я несу свои продукты домой в рюкзаке-это нормально для меня. я не покупаю крекеры и сыр, и маринованные огурцы и печенье, потому что они слишком дорогие. я знаю цены почти на все в маленьких магазинчиках-если апельсины стоят 59 центов за фунт здесь и те же самые 49 центов за фунт через улицу. я пересеку улицу, чтобы спасти все, что есть на моих двух апельсинах-и хвастаться этим. он собирается принести свое рояль из хранилища. время, и ты прекрасна, и ты интригуешь: «он принесет свое рояль из хранилища.
И я говорю: «Спасибо! " интересно, это просто еще одна очень длинная линия,
еще одна очень длинная и сложная линия, он-архитектор еще
одной очень длинной линии, еще одной очень длинной линии.
TanyaRADA пишет:
- спасибо! От Души!!! ( Улыбаюсь...)все так!!!Liza пишет:
Любимая песня моей мамы